Угораздило меня в годы хронического алкогольного студентчества снимать комнату у своих знакомых в Питере. Хорошие такие ребята, молодая пара, причем весьма любящие чрезмерные возлияния. К этому они приучили и меня. Однако, совсем не этот факт является главным в моей истории.
Еще одну комнату у знакомых снимали самые настоящие китайцы, такая же молодая пара. По причине труднопроизносимости их имён, мы их звали Валей и Лёшей. Лёша - вылитый Джеки Чан, только хилый и ростом, кажется, меньше. Валя - тоже вылитый Джеки Чан, только в юбке и с грудями (между прочим 2-й размер !). Когда азиаты только вьехали в квартиру, русский они знали очень плохо. Договаривались о съеме через своих знакомых китайцев, более-менее говорящих по-русски.
В первые дни нашей "совместной" с китайцами жизни, начались чудеса. Когда мы с хозяевами бухали по-черному, и я каким-то образом каждый день ломал рундук на унитазе, на утро он оказывался аккуратненько отремонтированым и закрепленным на место. На другой день, я оторвал ручку от двери в ванную комнату. Утром она была водворена на место и даже, по-моему, покрашена.
Честно говоря, на китайцев никто сразу не подумал. Правда открылась только на второй неделе. Придя с учебы вечером, я выкинул в мусорное ведро сломавшийся плейер. Затем мы традиционно распили несколько ведер пива, закусив заморской воблой и легли спать. И ночью приспичило мне водички попить, ибо в горле поселились верблюды и осушили весь водоем. Пройдя на кухню, я был удивлен, увидев Лешу с паяльником, склонившегося над плейером. "Лёша, какого хуя ты делаешь ?"-спросил я. Лёша улыбнулся и показал пальцем на корпус плейера: "Китай. Чиним !" Ну все понятно, подумал я, Лёша видимо их и собирал.
Утром плейер исправно работал и кассеты больше не жевал. За Лёшей закрепилась слава на-все-руки-китайского-мастера. За что мы вечером, собственно, и подняли первый тост. Второй тост был за китайских учёных. Третий - за китайских монахов. Четвертый - за Шаолинь. Пятый - за Брюса Ли и брата его Чака Норриса. Потом вообще пили за всё подряд, за пятницу, за Че Гевару, за секс, за мир во всем мире, за "русские с братьями - китайцы на век", за маму, за папу...Потом снова за секс, за извращения всячески. Помню я кричал, что сегодня без секса не усну, высовывался в окно, звал притрамвайных проституток с остановки... Потом я ничего больше не помню.
Помню, проснулся днём, часа в 4, а на кровате подушка рядом вторая лежит.

Значит, кто-то был... А вот кто - загадка... Погруженный в эти мысли, я вошёл в комнату хозяев. Те улыбались и хитро смотрели на меня. "Скажите, я что - вчера кого-то это ?.."-спросил я. "Конечно...Ты ж кричал, что без секса не уснёшь !" - ответили хозяева и заржали, как кони... Ничего не понимая, я уставился на них: "Ну и кого же, мать вашу ?!!". То, что они ответили, подвергло меня в шок: "Валечку, конечно же, кого ж еще..." И снова ржут, козлы...
Совсем охреневая, я пошёл по корридору в сторону кухни. По дороге из ванной комнаты выплыла Валя и ТАК мне улыбнулась, что я сразу понял - было не просто что-то, а просто НЕЧТО !!! Не зная, радоваться мне или плакать, я вошёл на кухню. У стола стоял Лёша и рубил сосиску в суп. Я поздоровался с Лёшей. Он очень тяжело посмотрел на меня, и еще усердней стал рубить сосиску. Я понял - на месте этой сосиски должен быть я, или по-крайней мере моя часть.
Целый день китайские супруги друг с другом не разговаривали. Зато ночью у меня за стенкой кипели настоящие мыльнооперские страсти. Лёша с басовитым люлюкающим мяуканьем в чем-то упрекал Валю, а Валя тоненьким писком пыталась оправдываться. "Хуй лю линь ку хунь Паса хонь хунь ?!!!" - орал Лёша. "Хи ху юнь суй суй Пасе Плёха Секис Хосет..." - пищала Валя.
Ну всё понятно - хитрый русский студент обманом затащил бедную китайскую 30-летнюю девушку и нахально совратил. Были бы они японцами - Лёша сделал бы хиракири, а Валя бы повторила сие вслед за мужем. Но китайцы - они, сцуко, другие. Лёша просто ушёл... В запой... Неделю мы с ним бухали... За неделю научили его русскому круче, чем методом Илоны Давыдовой. Матерился он похлеще каждого из нас. Русские маты накладывались поверх китайских матоподобных слов, образуя такие вычурные предложения, что мы заслушивались.


А потом наших китайцев заставили сьехать. Менты, делая облаву на рынке, не нашли у них регистрации и еще чего-то там. Жалко их было. Когда они с чемоданами стояли в коридоре, мы плакали. Плакала и Валька, смотрела на меня. Плакал и Лёша, жал наши руки, кланялся, говорил, что они обязательно вернутся. Вернутся, и не одни !
Теперь, смотря на засилие китайцев в наших городах, я осознаю, насколько он был прав. Они вернулись, и не одни...