Как прекрасна ты, девушка в мятом батнике! Как трогательна!
Возможно, ты не смогла прогладить одежду, потому что стерва-соседка из общежития еще месяц назад одолжила утюг на часок. А сама не вернула. Смотрит нагло тебе в лицо и орет «Вернула я! Сразу же и вернула! Вспомни, кому отдавала после меня!».
Дескать, она - умница, все помнит и честная вся до спинного мозга. А ты – дура такая и не помнишь кому чего отдавала. А ты точно знаешь, что утюг не возвращался, а сказать соседке, чтоб она, тварь такая, не делала тут честного лица, а пошла и утюг нашла, не можешь. Потому как обидишь ее и заорет она так, что птицы со страху улетят навсегда из города.
И родителям сказать, что утюг куда-то делся, тоже не можешь. Потому как мама вздохнет и скажет «Господи! Когда ж ты уже повзрослеешь? За месяц утюг посеяла. Что ж за растяпа такая, а?». А отец брови нахмурит и выступит с речью о том, что пора за вещами следить. И что на утюг ему плевать (дескать цена ему – копейки), а возмущает его само отношение к вещам. И унесет его потихонечку к фразе «Копеечки за всю жизнь не заработала – вот и не бережешь ничего. Оттого и отношение такое.» А потом оба вздохнут и несчастное лицо сделают. В воспитательных целях. А наутро утюг в «Электротоварах» купят, да вручат торжественно. С напутствием «И этот гляди, потеряй, тетеря!». Вот и маешься без утюга. Потому как и одолжить не у кого. У кого есть – говорят, что нету совсем. А у кого не было никогда – говорят, что отдали кому-то. Вот и ходишь помятая вся. Бедная и несчастная.
А может ты всю ночь курсовую чертила. Вычерчивала линии всякие, буковки линеечкой замеряла. Чтоб дурак этот лысый не начал орать «Не по ГОСТ-у у вас тут. А ведь я говорил, что девушка инженером быть не может. Шла бы в филологический.» А под утро смотрило тебя, а будильник не сработал совсем. И бегала ты по комнате, недочерченное мучение свое в тубус запихивая, а гладить некогда было. Или утюг как раз вчера, соседка одолжила и не принесла. Напялила ты на себя вещь мятую, в зеркало глянула – «А! И так сойдет. Не видно почти.» А сама как на улицу, под другое освещение вышла – так видно оказалось. Еще как видно. Вот и едешь к дураку этому лысому, решая, что если чего, слезами покроешься и будешь ему канючить «Ну Игооорь Валентииинович.. Ну я всю нооочь чертила. Глаза вона красные, ненакрашенные. Погладить батник не успела даже. А меня из за вас не допускают. А вы поставьте, а я вам потом обязательно-преобязательно все начерчу-перечерчу-исправлю. Вот чесслово!». И знаешь ведь, что не выйдет, но все равно надеешься. Потому как мятая одежда – еще не повод надежду терять.
А может ты вчера на вечеринку ходила, и с непривычки да с голодухи наклюкалась там так, что слово «Кышь» даже по слогам произнести не могла. И отключилась там. Спала себе в ванной одетая, вот и помялась вся. А в тубусе у тебя бутылка пива болтается, потому как и здоровье поправить неплохо бы, и в корпусе, если из тубуса бутылку пива достать, мощный прикол получится. Все девчонки умрут со смеху и переговариваться будут восхищенно «Вот ведь раздолбайка!! С перегаром, помятая, в тубусе – пиво и в институт заявилась.» А лысый Игорь Валентинович скажет «Вот баба! Похлеще любого мужика будет!» и зачет влепит. Из расположения к тебе или чтоб остальных позлить.
А может ты просто - неряха, коза и нигилистка, веянием вермени по голове ударенная. Дескать - «А плевала я на вас всех!».
Тогда нифига ты не трогательна и не прекрасна. Смотреть даже противно. С будуна еще небось... Овца.