Он распахнул глаза широко и сразу, проснувшись так, как просыпаются только дети - без головной боли, спокойно и в предвкушении нового дня. Ему было лишь одиннадцать и еще много времени оставалось до того, как заботы и проблемы заставят его постареть и погрустнеть. А пока... Недавно кончились каникулы, да и сегодня в школу было не надо. Сережка выбежал на кухню, где, как ни странно, была мама, пришедшая с ночного дежурства. Непривычно, потому, что обычно она приходила с работы позже, когда Сережки уже не было дома. Мальчик обхватил мать за пояс, прижавшись к ней.

- Привет, мам.
- Сереж, садись завтракать.

Мать не была излишне нежной с ним. Она воспитывала сына одна и старалась относиться к нему строго, без «соплей и сюсюканий», по-отцовски, хотя иногда ей очень хотелось прижать его к себе и расцеловать.

- Иду.

Сережа сел за стол и стал лениво размешивать молочную рисовую кашу, которую терпеть не мог, сколько себя помнил.

- Мам, а мне сегодня такой сон приснился...

- Страшный?
- Нет, мам, не страшный, а такой, интересный. Как будто бы я уже взрослый, а ты у меня...- Мальчик замялся.
- Старая?
- Ну, нет, не старая, ну...не такая как ты сейчас.
- Ох, ты и дипломат, ну-ну, что ты там еще видел?
- Я как будто уже такой большой, у меня лысина вот такая небольшая на лбу и еще я ношу костюм с галстуком. Вот.
- И все? А я в чем?- мать улыбнулась, понимая, что такие вот истории у мальчишек могут состоять из совершенно любого сочетания правды и фантазий.
- Ой, да я не помню. Красивая такая. Только я тебя совсем мало видел.
- А что же ты видел?
- Себя. Я большой начальник в каком-то банке. Самый главный. И все меня слушают.
- Хорошо. Вот, будешь учиться хорошо, и будешь самым главным начальником.
Про себя подумала: «Как же, у этих начальников и свои дети есть, а в институты эти со стороны не пробьешься». Но не могла же она сказать об этом Сергею.
- А сколько тебе там лет?
- Не знаю. Но взрослый, совсем большой.
- А ты там женат? - она уже включилась в эту игру.
- Да. На красивой. - Сережа смутился, но улыбнулся.
- А кто она? Кем работает?
- Она дома сидит. А раньше ходила по сцене новую одежду показывала зрителям. Красивая, - повторил он.
- И что же, у тебя большая зарплата?
- Не знаю, наверное.
- Машина, дача?
- По-моему, есть.
- Так, выходит, ты счастливый и довольный?
- Знаешь, мам, мне кажется, не очень. Я все время грустный. Ни разу не улыбнулся.
- Странно. А ребенок, Сережа, ребенок у тебя есть, в твоем сне?
- Я не видел, но знаю - двое. Близнецы. Учатся в Англии.
- В Англии, значит. А сам-то ты где, в Америке? Ладно, хватит, ешь давай, фантазер.
- Ну ма-а-ам!
- Без «нумам», бери ложку и ешь кашу. Намазать тебе хлеб «Виолой»? И давай, поторапливайся, мне еще выспаться надо.

Сережка как раз никуда не торопился. Он собирался встретиться с одноклассниками и погулять, по телевизору все равно ничего не было. В школу им не надо было идти, потому, что умер Брежнев.

...
- Сергей Сергеевич, вас Кудрявцев из Центробанка, будете говорить? - разбудил его звонкий голос секретаря, проникший прямо в сон.
- Катюша, скажи, я сам его наберу через полчасика. И можно мне кофе покрепче, спасибо.
- Да, Сергей Сергеевич.

Странный сон какой-то. Сколько раз себе говорил, что надо дома высыпаться, а не в офисе, лицом в бумаги, по двадцать минут урывками. Вот и голова теперь трещит. И все же странно. Было или не было? Все в этом сне выглядело, как тогда: и мать, и квартира, и кухня. Но был ли на самом деле тот разговор, он не помнил.

Сергей Сергеевич глотнул принесенного Катюшей кофе, достал записную книжку и набрал номер. Долго не отвечали.

- Алло, мам, здравствуй. Мне сегодня сон приснился. А? Нет, не кошмар, но мне надо тебя спросить кое о чем.